ГлавнаяНовости

Сынок, ты дома!

Сынок, ты дома!
Нравится Нравится Tweet Pin it Share Email

Мы не спеша шли по тонким запорошенным тропкам, минуя ограды, памятники, лица… Буквально пять минут назад пеленой сыпался снег, а сейчас ни крупинки. Тихо. Только снег хрустит под ногами, да так громко и отчетливо, что невольно вслушиваешься в его скрипучую мелодию. “Я здесь как смотритель”, — улыбнулась Римма Дмитриевна. Много лет она встречает этих ребят, в волосах которых уже проступила седина, и провожает к могилам боевых товарищей.

848_Afgan-3— Еще несколько раз я вчитывалась в эти строки и не могла поверить, что мой сынок, мальчишка, которого несколько месяцев назад отправила в армию, теперь воюет на чужбине. Помню, как в пять утра пришла будить его на поезд до военкомата, а у спящего сына была не прикрыта рука, тоненькая такая, детская… Совсем ребенок еще, подумалось мне тогда, — слезы подступали к глазам Риммы Дмитриевны, но она продолжала свой рассказ. Еле сдерживала слезы и я. Придя сегодня в этот дом, где по-старинке вещает радио, а на небольшой кухне, в которую, как и в любую деревенскую избу, попадаешь сразу после холодной веранды, будто новенький, стоит буфет советских времен, я знала, что разговор предстоит сложный, на грани. И с каждой минутой подбирать слова становилось все труднее. Хотелось просто слушать…
848_Afgan-1— Их было трое друзей — Володя, Олег, Игорь. Про таких говорят — закадычные. Всегда вместе: один детский сад, один школьный класс, одни мечты и одна… война, — Римма Дмитриевна остановилась. Пауза, которая возникла в этот момент, была понятна, ожидаема. Седовласая женщина, с час назад встретившая гостей доброй улыбкой, с болью сжимала в руках пожелтевшие конверты и искала в себе силы продолжить.
О судьбе мальчишек, среди которых и сын Риммы Дмитриевны Гусаровой — Олег, я узнала немного раньше. И поведал историю о друзьях детства, а позже боевых товарищах, непосредственный герой этих рассказов — Владимир Алексеевич Гречин. Тот самый Володя, что вместе с двумя сверстниками, ставшими роднее братьев, днями напролет рассекал по ухабистым дорогам соседнего села Едрово и, вооружившись деревянными автоматами, которые страстно любил мастерить Олег, играл в “войнушку”. Именно с ним я приехала в Едрово в один из заснеженных домов, дорожка к которому, несмотря на снегопад, была идеально вычищена и ждала своих гостей. Каждый год 15 февраля он вместе с товарищами, в чьей судьбе Афганистан не просто страна на карте мира, а боль утрат и ужас боевого времени, приезжают к матери друга, чтобы вспомнить, навестить, почтить…
Этот год не стал исключением, только теперь и я стала свидетелем славной и одновременно печальной традиции. И вот я всматриваюсь в покрасневшие, набухшие от грусти глаза матери афганца, трепетно ожидая, когда ком в ее груди отступит, и она продолжит свой рассказ.
— В мае 83-го, с разницей в месяц, наши мальчишки отправились служить в армию. Война в Афганистане шла уже третий год, мы о ней, конечно, слышали, но особого значения не придавали, а уж что она коснется нас, и подумать не могли, — перелистывая фотоальбом, который подарили ее сыну коллеги по работе в честь отправления в армию, продолжила собеседница. — Думали, что Олега отправят в стройбат, ведь у него астигматизм одного глаза, а вышло… Только много лет спустя я увидела в военном билете сына пометку “годен к военной службе”, и это несмотря на то, что зрение у него неполноценное было.
848_Afgan-2По воле судьбы или по ее привычке, что ребята всегда шли одной дорогой, Владимир Гречин, Олег Гусаров и Игорь Яковлев — закадычные друзья из села Едрово — по распределению попали в 61-ю учебную мотострелковую дивизию города Ашхабад Туркменской ССР. В подобных учебных соединениях и воинских частях, которые начали формироваться с 1982 года, срочников целенаправленно готовили для прохождения дальнейшей службы в составе 40-й Армии в Афганистане. Восемнадцатилетние мальчишки резко взрослели: государство вложило в их неокрепшие руки автомат, подкрепив словами о долге и патриотизме, и отправило воевать. Правда, части, куда через шесть месяцев после “учебки” были распределены наши герои, оказались разные. И порой новостей друг о друге не знали, только и надеялись на хорошее.
— Все новости об Афганской войне я узнавала, слушая немецкое радио “Свобода” и “Голос Америки”, только так могла следить за событиями тех страшных лет, — делилась воспоминаниями Римма Дмитриевна. — Сынок писал много, но о войне ни слова — нельзя было. Да и неважно, главное — живой, здоровый. Помню, в декабре 1983-го написал, что еще с несколькими ребятами несет дежурство на речке. А на днях им выдали сухой паек, так они елку нарядили и решили Новый год отметить. И письмо это всю душу мне истерзало. Я постоянно представляла, как на неопытных юнцов, в одиночку несущих караул, в любой момент могут напасть, изувечить. О жестокости местных жителей постоянно говорили по радио.
Слушая Римму Дмитриевну, я все время вспоминала об ужасающих цифрах войны, которая длилась более 9 лет. Представить только: 550 тысяч солдат и офицеров прошли через нее. Советский Союз потерял 14427 человек, большая часть из которых только и успели сойти со школьной скамьи. К счастью, наши герои через полтора года вернулись домой живыми. Но война все же оставила свой неизгладимый след в неокрепших душах ребят. Ведь психика людей, которые находятся на войне, перестраивается под ее потребности. И после того, как человек попадает в мирную обстановку, он становится неприспособленным к ней, его сознание не хочет воспринимать спокойствие.
Вот и Римма Дмитриевна вспомнила, что когда Олег вернулся, его поведение постоянно как взвинченное было, а сознание — возбужденное. “Нервно ходил по дому, а когда садился за стол, съеживался в уголочке, — продолжала мать афганца. — Я только и успевала напоминать ему: сынок, ты дома, ты на свободе, успокойся!”
848_Afgan-4Нашу беседу прервал топот на веранде. С цветами в дом вошли повзрослевшие ребята-афганцы. Общую традицию — в памятную дату приходить к матери боевого товарища — не нарушили ни разу с того самого дня, как Олег Юрьевич Гусаров трагически погиб. В мирной жизни, меньше, чем через десять лет после возвращения с Афганистана. Его фотография — молодого красивого парня — стоит на том самом буфете и словно встречает каждого гостя. Через несколько лет, вслед за ним, ушел и Игорь. И, несмотря на то, что судьба все же разделила дороги трех товарищей, дружба, которую пронесли они через все года, по-прежнему жива и сильна. И, как признался Владимир Гречин, никто из них, вернувшихся домой, ни разу не усомнился в необходимости и важности участия в этой, пусть и чужой, войне.
Обнявшись с гостями и в очередной раз приняв от них слова искренней благодарности за сына, Римма Дмитриевна повела нас к могилам воинов-интернационалистов — сыновей, друзей, отцов. С годами все больше их приходит сюда на покой… И уже на могиле Олега я так и не решилась спросить у собравшихся здесь мужчин, героев своего времени, о том, как это жить после войны с воспоминаниями о страшных и в то же время пропитанных отвагой и мужеством боевых днях. Как не смогла больше терзать воспоминаниями и мать, выплакавшую за годы ожиданий своего ребенка с войны несметное количество слез, мать, так и не смирившуюся с утратой сына.
Анастасия ИВАНОВА.

Народный